2008 год интервью журналу Metalizer ( Минск)

ВНЕ ФОРМАТА, ИЛИ МУЗЫКА В СТИЛЕ БЕТОН

Группа «Белый шаман» – одна из самых неоднозначных и неординарных в отечественной тяжелой музыке. Неоднозначных – потому что, появившись перед широкой публикой, коллектив вызвал самые противоречивые отклики: как восторженные, так и резко негативные. Но при этом практически никого не оставил равнодушным. Ну а неординарность «шаманов» видна даже человеку, от музыки далекому. Она во всем: и в подаче (каждое выступление команды напоминает маленькое театральное действо), и в потрясающе емких, ироничных, «двухслойных» текстах, тематика которых нетривиальна для металла и хард-рока: «Белый шаман» поет не о воителях и духах, а опосредованно, но метко высказываются «на злобу дня». Впрочем, сами музыканты осознанно избегают термина «металл» применительно к собственному творчеству. Они характеризуют свой стиль, как «бетон»…

Об этом и о многом другом мне удалось побеседовать с Михаилом Татаринцевым – идейным лидером, «гласом и нервом», автором музыки и текстов «Белого шамана».

О СПЕЦИФИКЕ

Михаил, добрый вечер. Расскажите, пожалуйста, а почему все-таки бетон?..

Здравствуйте. Ассоциативный ряд. Если металл как-то непроизвольно связываешь в сознании с кузнечным делом или с художественной поковкой, или с гравюрой – в любом случае, с каким-то искусством, – то в нашем случае речь идет все-таки о некой промышленной составляющей. Любая композиция «Белого шамана» – это намеренно упрощенный, повторяющийся тяжелый рифф. Отображаем впечатления от жизни, характерные для жителей мегаполиса.

То есть от металла как такового вы абстрагируетесь?

Не совсем. У нас все-таки имеется необходимый и достаточный минимум металлической арматуры. Ведь без нее любой бетон со временем превращается в труху. Другими словами, без металла бетон не мог появиться в том виде, в котором он сегодня нами представлен. Возможно, мы – просто некое переходное звено. Но если направление будет жить, то со временем, с приходом других исполнителей, можно будет говорить о каком-то противопоставлении металлу, об отказе от металла и т. п. Сейчас бетон – это Достоевский, который вышел из «Шинели» Гоголя.

Михаил, вы уже трижды выступали на московском рок-фестивале «Измени Свое Завтра», в котором ежегодно участвуют признанные гранды отечественного металла. Поделитесь впечатлениями, как принимают бетон на подобных мероприятиях? И вообще, какая она, многотысячная московская публика?

Очень неоднородная. На «ИСЗ-3, когда мы впервые вышли на столь большую аудиторию, нас приняли неоднозначно. По моим впечатлениям, примерно половина присутствовавших была настроена более или менее дружелюбно, остальные же приняли нас довольно холодно. На четвертом фесте – скорее негативно. Публика была заточена под классический балладный рок. Мы же выступаем с сюрреалистической лирикой, подчас не всем понятной, подчас шутовской. А если ты пришел на мероприятие, которое считаешь серьезным, шуты раздражают…

На последнем «Измени Свое Завтра» прием был очень теплым. За что зрителям огромное спасибо.

А каким вы видите слушателя именно «Белого шамана»? Кто приходит на ваши сольные концерты?

Люди очень разные, и по возрасту, и по социальному положению. В основном – возможно, я выдаю желаемое за действительное, но хотелось бы верить, что это так – наши слушатели неагрессивны, понимают юмор, и осознают, что шутка от души сама по себе не бывает без второго дна, а за улыбкой часто кроется что-то, что нужно обнажить, высмеять, донести до всех. Как при медицинской диагностике. Ведь многие пациенты склонны шутить с врачами, какой бы оборот ни принимало дело (смеется).

О ГРУППЕ

В течение последних двух лет «Белый шаман» активно концертирует, о вас слышат и говорят. За это время вы успели выступить на одной сцене вместе с «Черным обелиском», «Мастером», «Артерией»…А в каком году был сформирован коллектив?

Точка отсчета часто бывает довольно условной. Мы собрались в 1993 году, но считаем датой нашего рождения сентябрь 1994 года.

Чем знаменательна эта дата?

Мы стали выступать с концертами. Первый из них состоялся в клубе «Хо Ши Мин», названный так по имени площади, в непосредственной близости от которой находился. Сейчас, насколько мне известно, он располагается в другом месте и носит название «Клуб-коммуна имени Джерри Рубина».

Сколько за годы существования вы успели записать пластинок?

Один – «Сверхмузыка_смежный бизнес». Он вышел в 2006 году. Сейчас пишем второй. Кроме этого, было несколько синглов.

К сожалению, в свое время нам пришлось прервать работу из-за гибели одного из членов коллектива, Васи Короткина. Его памяти мы и посвятили наш первый полноформатный альбом.

Так что в нашей творческой биографии зияет прореха в несколько лет. После тех событий мы просто сидели и писали «в стол». Ни играть, ни петь совершенно не хотелось. Так что наш выход на сцену в 2006 году был похож на возвращение из такой темной и мрачной творческой лаборатории.

То есть получается, что группе уже четырнадцать лет, из которых двенадцать прошли на уровне «подполья»?..

Не двенадцать, наверное, а поменьше. Лет десять. Но то, что годы «подпольной жизни» нас не развалили и не разогнали по другим делам и коллективам – все-таки хороший знак.

Сидели, думали, копили материал. Кстати, замечу, что наш случай мало того что не редкий – его с некоторыми оговорками можно назвать типичным. Примерно у трети коллективов, которые сейчас известны, было то же самое.

Неспокойные 90-е…А состав группы сильно менялся на протяжении этого времени?

Он сильно менялся именно в 90-е годы, когда было бурление и бардак – пьяные ночные репетиции… какой-нибудь гитарист перед самым концертом срывается, например, в Питер, и его тут же меняют на другого, на третьего. Тоже ситуация, характерная для становления. Нынешний состав у нас претерпел незначительное количество изменений: как-то не клеились отношения с барабанщиками. Все на месте, а барабанщик каждые полгода новый. Это была проблема. Сейчас, слава Богу, все утряслось. Правда бывало, что отсутствует в Москве. Тогда мы приглашаем друзей-музыкантов, они помогают. Но последний состав, повторюсь, все-таки сформировался достаточно прочно.

От истоков до итогов: какие сейчас планы у коллектива? Над чем в данный момент работает «Белый шаман»?

Ну, об итогах, наверное, рано. Об итогах мы будем рассказывать внукам. Или, если Бог даст, не мы им, а они нам (смеется).

Сейчас, как я уже упоминал, мы трудимся в студии над вторым альбомом. Он появится зимой, только пока не знаю, в начале или в конце. Параллельно я заканчиваю работу над книгой под названием «Энерготика». Это сборник стихов, некоторые из которых были положены на музыку и стали песнями. Мы их периодически исполняем на концертах. Ну, и, конечно, готовимся к очередному выступлению. На этот раз мы планируем представить акустическую программу.

Концерт будет приурочен к презентации книги?

Нет. Книжку мы представим в декабре, по всей видимости, в клубе «Самолет» – мы очень любим эту площадку за звук и атмосферу. А акустический концерт планируется 25 ноября. Эпохальные события нужно распределять по времени равномерно (смеется)

О КОЛЛЕГАХ

Михаил, вы упоминали, что были случаи, когда с вами выступали приглашенные музыканты. А можете назвать кого-нибудь?

Не только назвать, но и поблагодарить: Влада Алексеенко («Харизма»), Марину Малахову («Вольная Стая»), Диму Машкова и Дениса Бурлакова («Арктида»). В студии нам помогал Саша Карпухин (экс-«Мастер», «Пилигрим»), Ваня Михайлов («Эпитафия», «Черный Кофе»).

Сейчас планируем привлечь к записи второго альбома Оксану Донюкову (« Крюгер»).

А кто из соратников по цеху вам ближе всего по духу?

Хороший вопрос. Даже не знаю, как на него ответить. Смотря, что вы подразумеваете, говоря «ближе по духу»?

По стилю, подаче, атмосфере… Может быть, целям.

Из ныне выступающих: Валерий Скородед «Монгол Шуудан», Жан Сагадеев (E. S. T), Кирилл Немоляев («Бони Нем»).

Из ушедших – Владимир Высоцкий, Петр Лещенко, Даниил Хармс (последний не пел, но не суть важно).

А были группы, творчество которых повлияло на то, чем в итоге стал «Белый шаман»? Или вы стопроцентно самобытны?

Конечно же, были такие. Мы же не с Марса прилетели, и не в пробирке выросли. Весь советский рок от «Арии» и «Черного кофе» до «Круиза» и «Аракса». «Гражданская оборона». ДДТ и «Кино». Из западных коллективов на нас оказывает безусловное влияние Rammstein. Мы не во всем разделяем их идеи – там больший упор на эпатаж, жестокость, перверсии – но в плане профессионализма и харизматичности они подняли немецкую тяжелую музыку на огромную высоту.

А с кем бы вы мечтали выступить на одной сцене? Возможно, есть композиции каких-нибудь коллективов, которые вы хотели бы исполнить?

Их немало – и коллективов, и композиций. Более того: мы иногда играем чужие песни. Перепевали тот же Rammstein. В студии не так давно записали кавер-версию на песню «Культурист» Александра Лаэртского. На ближайшем концерте очень хочу исполнить в акустике несколько песен Высоцкого и Вертинского. Правда тут есть одна опасность – потерять свое лицо в пестроте каверов. Хочется многого, но не всегда большое количество чужого материала полезно.

Что же касается других групп – тут у меня нет особых пожеланий. Как это ни напыщенно звучит, но я уже выступил со всеми, с кем мечтал. И должен сказать, что никаких особых впечатлений не получил – такие же люди, пришли работать. Отвлекать их не хотелось (смеется).

Такой практический вопрос. Скажите, а реально ли молодой и талантливой группе пробиться на большую сцену, не вкладывая в это больших денег? Или путь к известности слишком извилист и все свободные ниши уже заняты мэтрами?

Мне трудно на него ответить, и вот почему. Во-первых, большая сцена имеет много уровней. И группа, известная, скажем, в Москве, может переживать по поводу того, что её не знают в России – допустим, во Владивостоке. Коллектив, популярный в России, может мечтать о признании в США или Германии. В общем, пределы весьма условные. Что такое «большая сцена», сказать трудно. А тот, кто даст ей точное определение, лично у меня вызовет либо безграничный восторг, либо сомнение в достаточной широте кругозора.

Что касается мэтров – да, такая проблема существует, ниши достаточно давно поделены и заняты, как мне кажется. Но все-таки интересные группы появляются, и пробиваются, каждая своим путем. Тут вопрос другой – в этом ли цель? Если музыканта интересуют лавры и дензнаки – я бы посоветовал ему попробовать себя в какой-нибудь другой сфере. Если он играет, потому что не может не играть – тут вопрос другой. В этом случае он не будет заглядываться на далекие перспективы, мечтать о том, чтобы засветиться на центральном телевидении, победить где-нибудь на конкурсе MTV… У него будет другой подход: получилось – хорошо, не получилось – может, потом получится…

«Белый шаман» за славой не гонится?

Нет.

О ЛИЧНОМ

Михаил, ваши перевоплощения на сцене порой нельзя охарактеризовать иначе как радикальные – из декадента 20-х годов в байкера или даже MC. А какой вы в жизни?

В жизни я скромный служащий, работающий с бумагами, склонный к полноте и меланхолии, немного уставший от суеты и не всегда спокойный.

Как вы уже говорили, за славой и деньгами не гонитесь. А какие у вас лично в жизни главные ценности?

Отдача. Отдача от вложенных усилий – везде, совершенно во всем. Это касается и творчества, и семьи, и работы, и веры. Есть отдача – я обладатель некой ценности, довольно серьезной. Можно передохнуть и расслабиться. Нет отдачи – значит, нет покоя, нет мира в душе, нет понимания с близкими. Тут проблема, тут нездоровое напряжение…

Приближаются рождественские каникулы… Как вы привыкли встречать это праздник – в узком семейном кругу или шумной компании?

Каждый раз получается по-разному. Но в последнее время я избегаю шумных компаний. Бывали случаи, когда встречал вообще один – просто ложился спать. Кстати, это идеальный вариант, как ни странно. Дело в том, что у нас новогодняя ночь совпадает с самыми строгими днями Рождественского поста. И хотя я жуткий грешник, мне не хочется резвиться накануне сочельника.

Это, однако, не значит, что я с негодованием смотрю на фейерверки и петарды – в жизни гораздо больше будней, чем праздников. Поэтому к новогодним шабашам отношусь… скажем так, с пониманием. И более того, иногда сам в них участвую. С потаенным и смешанным чувством вины и радости. В конце концов, не мы придумали этот календарь. Бог простит…

Что бы вы пожелали своим поклонникам в наступающем году?

Мира в душе. Если это получится, все остальное или приложится, или не так важно.

Спасибо вам большое за то, что уделили время и за содержательную беседу.

А я Вам благодарен за интересные вопросы. Спасибо!

Беседовала Любовь Бабинцева

Автор благодарит за предоставленные фотографии

Екатерину Веретенко и Никиту Давыдова.